Вход|Регистрация или Войти через:
Exact matches only
Search in title
Search in content
Search in posts
Search in pages
Filter by Categories
Библиография
Блог
Галерея
Изданные книги
Интервью
История вселенной
Новости
Поддержать автора
Voin_Ganio

3887 год Воин с Ганио

100.00 р.

Так же Вы можете купить всю серию «История Галактики» со скидкой 15%.



Описание товара

Скачать на ЛитРес

Читать ознакомительный фрагмент

Андрей Ливадный.

Воин с Ганио.

Пролог.

 

За границами Обитаемой Галактики…

 

Огромный серп коричнево-желтой луны быстро поднимался над горизонтом. Его нижняя часть постепенно угасала, скрываясь в тени планеты, но все же холодный свет струился с небес, не давая рассмотреть ближайшие звезды. Лишь яркий сгусток серебристого пламени не уступал спутнику планеты, сиял дерзко, притягивал взгляд.

Редкие группы деревьев отбрасывали длинные тени. В ночи слышались крики птиц, шелест травы,  резкими, тревожными нотами поскрипывал лист металла, раскачивающийся на поврежденных креплениях.

Обитатели саваны не обращали внимания на пронзительный, высекаемый порывами ветра звук.

Космический корабль, миллионы лет назад врезавшийся в поверхность планеты, постепенно ветшал, кратер, образовавшийся при его крушении, стал частью рельефа: крутые склоны  сгладились, оплыли, да и сам космический скиталец постепенно терял изначальную форму.

Внешне он напоминал двояковыпуклую линзу, трех километров в диаметре. Безжалостное время усердно потрудилось, разрушая его. Мощные бронеплиты обшивки, лопнувшие при ударе, открыли доступ внутрь: местные формы жизни постепенно колонизировали отсеки и палубы, от поколения к поколению проникая все дальше и глубже.

Проходили эпохи, менялся климат планеты, и творение инженерной мысли неумолимо разрушалось под воздействием окружающей среды: на месте кратера сотни тысяч лет существовало озеро, затем наступил период похолодания, и наступающие от полюсов ледники окончательно сгладили рельеф на месте давнего крушения, уничтожили остатки кратера, но не смогли полностью разрушить обшивку космического странника.

На смену ледниковому периоду пришло потепление. Жизнь вернулась в саванну, красновато-фиолетовые растения густо разрослись на склонах холма. Спустя миллионы лет уже ничто не свидетельствовало о давней катастрофе, корабль оказался погребен под слоем почвы, превратился в пологую возвышенность.

И снова, в который уже раз, естественные природные процессы постепенно видоизменили рельеф. Мощные корни растений проникли сквозь разломы обшивки, терпеливая работа воды и ветра сформировала сеть оврагов, на склонах возвышенности, кое-где обнажился темный материал бронеплит, мелкие зверушки находили пристанище в деформированных отсеках внешнего слоя, используя их в качестве нор, вершина холма изобиловала промоинами, и в дождливые периоды по сохранившимся коридорам космического корабля текли звонкие ручьи.

Нервно поскрипывал под порывами ветра лист металла.

За сотни тысяч световых лет отсюда зарождались и погибали цивилизации, вскипали войны, совершались открытия, а древний корабль, погребенный под наслоениями эпох, все еще сопротивлялся окончательному разрушению.

Однажды в небесах планеты возникло необычное, яркое явление: некий космический объект вошел в атмосферу, мгновенно превратился в огненный шар. Снижаясь по пологой траектории, он пронзил облака и вдруг взорвался, распадаясь на части.

Его фрагменты рухнули на равнину, в местах падения занялись пожары, два наиболее крупных обломка врезались в холм, пробили его, углубляясь в недра, проламывая себе путь сквозь отсеки и палубы древнего корабля, — части двух конструкции смешались между собой, породив очередную загадку: в районе крушения несколько суток наблюдалось мертвенное зеленоватое сияние, не похожее на энергии присущих природе стихий.

В радиусе сотен километров происходили схожие явления. Пожары погасил проливной дождь, но холодный зеленоватый свет стелился над опаленной землей, местами концентрируясь, закручиваясь воронками.

Затем загадочные энергии иссякли.

 

 

* * *

 

Окраина Рукава Пустоты. Пояс астероидов в безымянной звездной системе.

 

Три корабля рейдеров сближались с группой малых космических тел.

Два истребителя класса «Х-страйкер» выглядели вполне заурядно. Многочисленные следы ремонта потемневшая, покрытая шрамами броня говорили об их длительной эксплуатации. Третий корабль представлял собой гибридную конструкцию. На стандартном шасси «Х-страйкера» крепились элементы устройства, явно не принадлежащего к сумме человеческих технологий. Три темных покатых выступа, расположенные в носовой части истребителя, перед кабиной пилота, соединялись между собой тонкими цепочками из сотен кристаллов, — вне сомнения это были логр-компоненты.

Гибридная машина выглядела зловеще. По цепочкам кристаллов то и дело пробегали сгустки холодного света, между темными выступами извивались тонкие нити блуждающих энергетических разрядов.

Вид «модернизированного» истребителя вызывал оторопь, мысль о предстоящих испытаниях чуждого устройства уже не казалась такой заманчивой, как прежде.

— Стив, может ну его, к фрайгу?! – раздалось по связи. – Мало у нас проблем? Давай продадим логры и дело с концом!

— Рибок, заткнись, — грубо отозвался пилот гибридного корабля, начиная маневр.

Холодный свет голографических экранов окружал пилот-ложемент, формировал информационную среду, придавал коже Стивена бледный оттенок, стыл колючими бликами на металлизированных поверхностях многочисленных имплантов. Реальность Корпоративной Окраины тридцать девятого века, грубая, лаконичная, пронизанная высокими технологиями, отражалась в его облике, как в зеркале.

Матричные разъемы на затылке, с подключенными к ним микрочипами, формировали расширитель сознания. Серебристые прожилки нанитов, наискось сползающие от темени к правому виску, обеспечивали высокоскоростной обмен данными, объединяли многочисленные усовершенствования организма в единую структуру. Лучики шрамов вокруг глаз были неизбежной данью оптическому импланту. Пять вживленных в лобную кость устройств, оснащенные микросканерами, позволяли Стивену воспринимать энергетические матрицы объектов. Многочисленные лайкороновые вставки в мышечную ткань, подключенные к независимому источнику энергии, являлись основой усилителя рефлексов. От кибстека, закрепленного на запястье левой руки, пронзая кожу, разбегался узор серебристых нитей, — тонкое кружево хай-тека оплетало кисть руки, пронзало фаланги пальцев, соединяя нервные ткани человека со сложными механизмами астронавигационных рулей.

Если ты называешь себя вольным пилотом Окраины, то уровень киборгизации тела предельно высок. От этого напрямую зависит жизнь. Если же ты оступился, вышел за рамки закона, стал рейдером и при этом выжил, значит, ты и машина – одно целое. Без вариантов.

Крупный астероид приближался. Темная каменная глыба когда-то служила объектом добычи полезных ископаемых, на ее поверхности сохранился разгерметизированный жилой модуль, от которого к входам в  заброшенные шахты тянулись гофрированные рукава переходов. Отслуживавшая свое конструкция издали выглядела, будто механический паук, намертво вцепившийся в астероид.

Стивен вывел свою машину на курс атаки. До мишени оставалось около трех тысяч километров, когда сполохи света, пробегающие по кристаллам, стали чаще и ярче, затем между выступами внезапно возникли дуговые разряды, озарившие крохотную металлическую капсулу.

Мгновенье и она исчезла, будто растворилась в напряженном сиянии, а через доли секунд астероид разорвало на части, нестерпимый свет полыхнул, как вспышка на солнце,  облако газа, пыли и обломков мгновенно скрутило в тугие спиралевидные выбросы, ударившие в разные стороны.

— Фрайг! – не найдя иного выражения эмоциям, потрясенно выругался Рибок. – Это же оружие! А говорили что логриане – пацифисты! – изумленно добавил он.

— Смотрим запись! – Стивен погасил скорость, вывел корабль на траекторию орбиты вокруг обломков уничтоженного астероида.

По локальной сети трех истребителей пошла трансляция данных. Высокоскоростные камеры «Х-страйкеров» зафиксировали мельчайшие подробности, недоступные человеческому взгляду. При воспроизведении, замедленном в десять тысяч раз, было отчетливо видно, как крошечный металлический цилиндр исчез, чтобы через мгновенье материализоваться внутри астероида! Не было сомнений, древнее логрианское устройство отправило заряд в пробой метрики, выстрелило им через пространственно-временную аномалию, точно в центр каменной глыбы!

Взрыв выглядел очень странно. В первые миллисекунды искусственно созданного «совмещения» астероид оставался цел, затем по его поверхности прыснули трещины, свет ударил изнутри, брызнул лучами, прорываясь сквозь разломы, затем картинка стала смазанной, нечеткой, все потонуло в помехах.

Стивен, не комментируя запись, выстрелил в газопылевое облако очередью МаРЗов[1]. Зонды задействовали собственные двигатели, исчезли из поля зрения, но информация от их датчиков продолжала поступать: пилоты увидели огромную полость, образовавшуюся внутри астероида. Кибернетические системы истребителей обработали данные и на основе сканирования обломков создали модель необычного явления. В момент взрыва внутренняя часть каменной глыбы попросту исчезла, превратилась в излучение, но что самое поразительное: всплеск энергии был ничтожен, он даже не расплавил бы обшивку «Х-страйкера»!

— Я чего-то не понимаю? Куда подевалась энергия взрыва? – ошеломленно спросил Рибок.

— Ее поглотила гиперсфера, — ответил Стив, продолжая изучать данные. – Думаю, энергия ушла на формирование еще одного микроскопического пробоя метрики, — заключил он. — Большую часть продуктов взрыва переместило в иное пространство.

— Похоже, ты прав! – Рибок так же внимательно изучал сигнатуру, зафиксированную датчиками. – Это действительно пробой метрики, клянусь мраком! Но почему астероид разнесло на куски, если вещество и энергию поглотила гиперсфера?!

— Я выбрал неудачную мишень. Астероид был изрыт тоннелями. Да и массу заряда придется уменьшить. Будем калибровать установку.

— Сначала объясни, что ты задумал? – потребовал Даггер, третий из рейдеров. — И откуда вообще взялось это устройство?!

—  Происхождение логров вас не касается! – раздраженно ответил Стив. — Скажем так: установку дали мне во временное пользование, для разовой акции.

— Кто? – все же попытался уточнить Рибок.

— Неважно! Заказчик мне не представился, лишь указал координаты, по которым оставит устройство.

— И что он хочет? – Даггер не любил, когда его пытались использовать «вслепую».

— Испытать устройство, откалибровать его, затем применить в деле. Три точечных удара. Нам заплатят по миллиону за выстрел.

— Не слабо… — Даггеру определенно понравилась названная сумма.

— Не проще ли разобрать эту штуковину? – Рибок продолжал сомневаться. — Каждый логр потянет на миллион кредитов, не меньше, кристаллы ведь древние, не чета тем, что штампуют заводы Конфедерации!

— Забудь! – резко осадил его Стивен. — Мы сделаем работу, получим деньги и скроемся. Мозги включи, Рибок!

— А в чем проблема? – огрызнулся рейдер. – Чем тебя не устраивает мой вариант?! Мы уже давно вне закона! Одним преступлением меньше, одним больше, какая, к фрайгу, разница? С такими деньгами, что выручим за продажу логров, мы сможем отойти от дел, поселиться хоть на самом Аллоре, под носом у колониальной администрации, никто косо взглянуть на нас не посмеет!

— Думай, о чем говоришь! – Даггер встал на сторону Стива. – Ты бы отдал сотню-другую логров рейдеру, под честное слово?

Рибок подавленно промолчал в ответ.

— То-то же! За нами наверняка наблюдают. Попробуй, разбери эту штуковину, потом до конца дней будешь прятаться где-нибудь на задворках освоенного космоса! Если жив останешься, — добавил он.

— Ладно, убедил… — нехотя согласился Рибок.  – Стив, а мы-то зачем тебе понадобились? В одиночку бы справился…

— Установка жрет уйму энергии. На перезарядку уходит минимум полчаса.

— И в чем фокус?

— У меня в грузовом отсеке еще два таких устройства. Их надо установить на ваши машины.

— Теперь понятно. Что ж… Я в деле. Был не прав. По миллиону на брата – хорошая сумма.

— Отлично, — подытожил Стивен. – Мы должны откалибровать установки, чтобы заряд, при материализации, «выжигал» строго определенный объем вещества.

— Смысл? – поинтересовался Даггер.

— Понятия не имею. У меня есть координаты космической станции, ее подробная модель и три точки, куда необходимо послать заряды. Остальное – не нашего ума дело.

— Можно взглянуть на модель?

— Валяй, — Стивен передал информацию.

Даггер и Рибок некоторое время изучали голографическое изображение.

— Похоже, заказчик хочет кого-то напугать, без лишних жертв, — высказал мнение Рибок. – Смотри, все три цели отмечены на плане, как полностью автоматизированные помещения. Две батареи противокосмической обороны и какой-то склад.

— Тем лучше для нас. Хотя по большому счету мне все равно, жилые отсеки или технические. За дело. Времени на подготовку у нас немного.

 

* * *

 

Разумное решение.

«Заказчик» остался доволен. Он не ошибся в выборе. Испытания установки и спор между рейдерами завершились вполне предсказуемо.

Что ж… Пора переходить к следующему подготовительному этапу, — подумал он, активируя плавающий канал гиперсферных частот.

Неизвестный абонент… — Гвен нахмурился. За что, спрашивается, плачу деньги, если имплантированные системы не могут элементарно определить станцию гиперсферной частоты, через которую осуществляется связь?

— Слушаю! – он все же решил ответить.

Стереобъем экрана связи остался пуст, лишь лишенный интонаций голос отчетливо прозвучал в тишине отсека:

— Ты не передумал?

Ага… Тот самый таинственный «заказчик»!

— Цель нам не по зубам! – Гвен успел тщательно обдумать полученное накануне предложение и сейчас был вынужден оказаться. — Станция отлично защищена. Направление атаки блокировано двумя батареями ПКО. Прежде чем мы сблизимся с указанной надстройкой, нас разнесут на атомы!

— Спокойнее, мой друг, спокойнее. Речи о самоубийстве не идет, — успокоил его безликий, лишенный интонаций, явно синтезированный голос. — Батареи противокосмической обороны будут ликвидированы к моменту вашего появления в системе, я уже позаботился об этом.  При точном исполнении инструкций вы покинете гиперсферу, следуя курсом сближения со станцией, в границах «мертвой зоны». Ближайшие батареи ПКО, как я уже сказал, будут уничтожены, часть обшивки тоже.

— Звучит заманчиво.

— Безусловно. Пробоины откроют доступ внутрь станции. В секторе, куда вы попадаете, расположены склады. Это сулит богатую добычу, верно? Возьмите с собой сервов, — они быстро загрузят транспорт трофеями. Не задерживайтесь на борту. Лишние жертвы ни к чему.

— Тогда зачем вообще нужен этот спектакль?

— Не твое дело, Гвен, не твое дело… Я плачу достаточно, чтобы ты не задавал вопросов. Сколько у тебя людей?

— С полсотни рейдеров.

— Отлично! Сумеешь удержать их на коротком поводке?

— Что-то ты темнишь! Зачем мне брать с собой бойцов, если…

— Мне важна достоверность, — прервал его безликий голос. – Ну, ты сам понимаешь. Эффектное сближения со станцией, транспортный корабль, с эскортом истребителей, много вооруженных людей, ограбление складов! Пусть все зафиксируют системы слежения, с вас ведь не убудет, верно?

— Похоже, ты не знаешь, что такое «достоверность», — фыркнул Гвен. – Мы – «бич Корпоративной Окраины», – не без пафоса процитировал он растиражированное средствами массовой информации утверждение, которое, безусловно, льстило его самолюбию. — Рейдеры, мнущиеся у пробоины, в ожидании пока сервы загрузят транспорт, — это не убедительно, поверь.

— Хорошо, — после недолгой паузы согласился голос. – Может, я действительно не понимаю ваших методов. В общем — действуй, как привык. Но всю ответственность за жертвы я с себя снимаю.

— Совестливый? – недобро усмехнулся Гвен. С его точки зрения заказчик вел себя вполне понятно. Торгаш, которому перешли дорогу. Трусливый, но мстительный.  – Деньги переведешь сегодня. Добыча из суммы оплаты не вычитается.

— Согласен. Предоплата послужит… — он секунду помедлил, подбирая слово, — послужит гарантией с моей стороны. Ты ведь понимаешь, такими суммами не разбрасываются. Будь уверен, батареи ПКО не встретят тебя огнем.

— Считай, что договорились, — буркнул Гвен.

— Я переведу деньги в течение часа, — таинственный абонент отключился.

Гвен уселся в кресло.

«Что-то здесь не так»… — мысль вонзилась, как заноза, но он не мог понять, где именно скрыт подвох?

Нет, упускать такую работу глупо, — он еще раз внимательно взглянул на голографическую модель станции. – Когда еще подвернется возможность атаковать свободное космическое поселение? – сама мысль тешила самолюбие. Это не мелкий разбой на гиперсферных трассах, не налет на плохо защищенные рудники. Решено… — он налил себе выпить. – Завтра атакуем станцию!

 

* * *

 

Паутина почти сплетена.

Оставался последний абонент.

Снова заработал канал плавающей гиперсферной частоты и опять на вызов ответил рейдер. На этот раз связь осуществлялась с космическим кораблем, движущимся в пространстве гиперсферы.

— Грин?

— Да, слушаю! – система показала фрагмент рубки «Х-страйкера».

— Есть работа. Срочная, но несложная.

— Говори!

— Послезавтра в одиннадцать по универсальному времени станции гиперсферных частот сектора будут отключены. Не спрашивай почему, все равно не отвечу. Предлагаю тебе воспользоваться моментом. Связи не будет пять-шесть часов.

— Что предлагаешь?

— У тебя есть транспортный корабль?

— Конечно. И еще семь «Х-страйкеров»!

— Отлично. В системе Дикс-7 с недавнего времени начата разработка полезных ископаемых. Техники полно, охраны никакой. Атакуй рудники. Возьмешь богатую добычу. Редкоземельные элементы.

— Звучит неплохо, — оскалился Грин. – Плата за информацию, как обычно?

— На этот раз я отказываюсь от доли. Пощипай их. Мне будет приятно.

— Сеешь смуту в секторе?

— Какая тебе разница?

— Никакой. Я подумаю.

— Нет. Ответ нужен сейчас.

Рейдер задумался, но не надолго.

— Ладно, — он кивнул. – Но ты уверен, что связи не будет?

— Гарантирую.

— Тогда решено.

Экран погас.

Вот теперь сеть окончательно сплетена. Силы безопасности сектора будут преследовать рейдеров, начнут форменную охоту на них. Никто не сможет вычислить истинной цели в том хаосе, что так тщательно спланирован.

Безликая сеть Интерстар, деньги и немного древних технологий, — вот все, что нужно для управления тканью событий.

Он был доволен. Ничто уже не могло нарушить его планы, или встать на пути.

 

 

Глава 1.

 

 

Сектор Корпоративной Окраины. Система Валерайн.

 

«Станция «Мантикора». Палуба 12. Коммерческий сектор», — дверь бесшумно скользнула в сторону, открывая взгляду Анвара Тагиева один из самых оживленных сегментов космического города.

Жизнь здесь не замирала ни на минуту. Торговые центры, представительства крупнейших  корпораций Окраины, многочисленные магазины и офисы располагались по всей площади огромного зала в форме  концентрических окружностей.  Современные технологии раздвигали рамки реальности, голографические небеса создавали иллюзию открытого пространства: планета Варл едва виднелась сквозь вуаль разреженных газопылевых облаков, несколько крупных обломков, оставшихся после битв тысячелетней давности, двигались по орбитам вокруг «Мантикоры». Их не утилизировали, оставили как память об эпохе, когда последние регулярные подразделения Земного Альянса, потрепанные в битве за Солнечную систему, отступили в глубины Периферии[2], основали тут независимое космическое поселение, постепенно превратившееся в самый крупный рукотворный объект, созданный людьми на просторах Обитаемой Галактики.

Население космического мегаполиса недавно достигло миллиона человек. На борту станции работали школы, больницы, высшие учебные заведения, в структуре палуб располагались зоны отдыха, административные и промышленные сегменты,  две космоверфи, порт, — всего не перечислишь.

Анвар воспользовался гравилифтом, расположенным в центре торговой площади, спустился на два уровня, вышел в магистральный коридор жилой палубы, напоминающий оживленную улицу. По проезжей части двигались электромобили, декоративная отделка стен придавала входам в отсеки вид фасадов одноэтажных зданий, под сводами потолка голографическое небо алело зарей, — в жилой части станции время было синхронизировано с общегалактическим, и это означало, что на далекой планете Элио[3], в часовом поясе Раворграда сейчас наступал рассвет.

В глубине души Анвар жалел, что приходится покидать космический город, ставший для него вторым домом, но решение принято, и сейчас ему оставалось уладить лишь одно незавершенное дело.

Двигаясь хорошо знакомым маршрутом, он оказался на уровне грузовых палуб, остановился подле массивных ворот. Во всех технических спецификациях станции они обозначались, как вход в складское помещение, но на самом деле за ними располагался шлюз, миновав который Анвар оказался в коротком отрезке коридора, оканчивающегося тупиком.

Системы безопасности считали данные с личного кодона, и переборка, преградившая путь, раскололась на четыре остроугольных сегмента, пропуская Анвара в скрытые от посторонних глаз помещения.

 

* * *

 

 

Появление посетителя не осталось без внимания вездесущих кибернетических систем:

— Джелави[4], — синтезированный голос произнес приветствие на безукоризненном ганианском языке. – Аттах[5] Холмогоров сейчас занят. Присядьте.

В последний раз Анвар заходил к Алексею пару месяцев назад, после своего возвращения из системы Найрус.

— Хорошо, я подожду, — он сел в кресло, осмотрелся.

Лаборатория по изучению логров вызвала неоднозначные ощущения.

Многочисленные артефакты создавали сложный, непривычный для человека интерьер. В первый момент лишь датчики имплантов позволяли сориентироваться, определить, где расположены реальные предметы, а где всего лишь голографические модели, связанные в единый контекст чуждого для человека пространства.

«Интересно, это часть исследования или антураж, позволяющий Холмогорову сосредоточиться на изучаемой теме»? – подумал Анвар.

Дальняя часть помещения, имитирующая обзорный экран, растворялась в бесконечности космоса.

Детальная оптическая иллюзия невольно притягивала взгляд, мгновенно перестраивала восприятие.

Анвару был знаком этот ракурс. Так выглядит панорама Рукава Пустоты, если запечатлеть ее из системы «Счастье». Только оттуда открывался вид на Логрис.

Немногие знают, что крохотное красноватое пятнышко, расположенное в глубинах Рукава, почти незаметное на фоне яркого света шарового скопления звезд О’Хара, обозначает реальное местоположение древнейшей и, наверное, самой мощной в обозримой Вселенной кибернетической сети.

Большинство жителей Обитаемых Миров знакомы лишь со стилизованными изображениями Логриса, — воспроизведение и распространение его реальных моделей запрещены специальным постановлением Совета Безопасности, но здесь в исследовательском центре «Мантикоры» многие ограничения теряли смысл – независимое космическое поселение не входило в состав Конфедерации Солнц.

Анвар уже не впервые наблюдал Логрис так близко, во всех уникальных подробностях, но каждый раз находил для себя что-то новое, не замеченное раньше.

В бездонном мраке космоса, на удалении в десятки световых лет от пограничных миров человеческой цивилизации, медленно вращался вихрь, составленный из биллионов похожих друг на друга кристаллов.

Каждый логр свободно умещался на ладони, но по своим характеристикам не имел аналогов среди когда-либо созданных вычислительных устройств. Кристаллы сопрягались гранями, образуя устойчивые соединения, собранные из них нити причудливо переплетались, формируя исполинский, медленно вращающийся конус, по размерам сопоставимый с планетой.

Каждый логр поддерживал отдельный виртуальный мир, где обитал разум его хозяина.

Прошло уже больше полувека, как технология логров была передана людям. С той поры каждый гражданин Конфедерации Солнц носил при себе черный колючий кристалл – гарант виртуального бессмертия души и рассудка. Матрица личности, существующая в логре, обновлялась ежедневно, и люди постепенно начали привыкать к мысли о том, что их жизнь не оборвется, она получит продолжение в рамках личных Вселенных Логриса.

К величайшему и наиболее загадочному из явлений современности относились по-разному. Многие просто принимали факт существования Логриса, не задаваясь лишними вопросами, кто-то считал кристаллическую машину злом, называя ее «космической усыпальницей», но большинство видело в древних технологиях иной цивилизации шанс на бессмертие, и это определяло отношение не только к Логрису, но и к логрианам.

Взгляд Анвара некоторое время следил за медленным вращением кристаллического вихря, подмечая, как отдельные нити отделяются от Логриса, отчего тот выглядит разлохмаченным, словно грозное атмосферное явление.

Древнюю машину окружало множество современных объектов. Станции гиперсферных частот и элементы системы противокосмической обороны образовывали сферическое построение. Отдельный боевой флот Конфедерации Солнц осуществлял патрулирование прилегающего космического пространства, в зоне дальних орбит располагались ремонтно-технические базы, космические верфи, доки для приема грузов и узкоспециализированные порталы, через которые осуществлялась транспортировка вновь прибывающих кристаллов к основному скоплению Логриса.

Пространство искусственно созданной системы озарял красноватый свет. Тепловая накачка кристаллического вихря осуществлялась непрерывно, при помощи устройств, выведенных на ближние орбиты.

Взгляд Анвара впитал величественную картину, эмоциональная окраска восприятия улеглась, и он обратил внимание на обстановку лаборатории.

На фоне голографического изображения в воздухе парили собранные в цепочки кристаллы, так называемые «логр-компоненты». Десятки логров, сопряженные гранями, образовывали различные конфигурации, их нити причудливо изгибались, некоторые находились в плавном движении, претерпевая трансформации, размыкаясь и соединяясь вновь.

В воздухе остро пахло озоном. Между гранями кристаллов, в местах соединений проскакивали крохотные искры микроразрядов, некоторые из конфигураций источали неяркое холодное свечение, окутывающее их, словно аура.

В красноватом сумраке лаборатории появился Холмогоров.

— Анвар, дружище! – Алексей искренне обрадовался приходу ганианца. – А я уж думал ты меня избегаешь! Сколько раз пытался связаться с тобой!

— Был на задании, — скупо ответил Анвар, пожав его руку. – Вернулся всего пару дней назад.

Холмогоров сел в кресло напротив.  Выглядел он, мягко говоря, – неважно. Осунулся, похудел, видимо много и напряженно работал в последние месяцы.

— Выпьешь что-нибудь? – неожиданно предложил он.

Анвар удивился. Он знал Алексея уже десять лет и никогда не замечал за ним тяги к крепким напиткам. Они познакомились в центре прогрессивного имплантирования. Холмогоров в ту пору готовился возглавить отдел перспективных исследований, Тагиев заключил свой первый контракт с «Мантикорой», принял под командование эскадрилью «Х-страйкеров», — оба прошли через операции по вживлению расширителей сознания. Третьей в их группе была Джессика Фобс. Она мечтала стать планетным управляющим и так же согласилась на прогрессивную имплантацию ради продолжения карьеры. Они сдружились в период послеоперационной реабилитации, — молодые, амбициозные, полные надежд. Мир, измененный расширителями сознания, казался им удивительным, а новые возможности — безграничными.

Воспоминания промелькнули и угасли.

— Нет, Леша, я не надолго.

— Значит по делу? За лограми? – Холмогоров потянулся к столику, выбрал «эреснийскую росу» – напиток, обостряющий восприятие, созданный на основе смеси  слезы диахра и некоторых трав с планеты Эрес.

Анвар коснулся ворота одежды. Ткань, состоящая из нанобов, мгновенно трансформировалась, обнажая гнездо адаптера, вживленное в правое плечо ганианца. Он извлек из него резервный логр, выданный Алексеем несколько месяцев назад. Кристалл являлся собственностью «Мантикоры».

— Держи. Возвращаю в целости и сохранности. С моими разобрался? Выяснил причину сбоя?

—  Да разобрался, — Алексей взял кристалл, внимательно осмотрел его. – Логры, логры… — он покачал головой. — Если бы ты знал, какие факты открываются при их изучении!..

Человек несведущий мог подумать, что Холмогоров пытается рассмотреть какой-то внешний дефект плоскостей и граней, но на самом деле он сканировал кристалл, используя имплантированные датчики.

— Структура в норме, — констатировал он, протянул руку, ловко поймал парящую в воздухе цепочку из двенадцати логров, присоединил к ней еще один элемент.

— Может, все-таки выпьешь со мной?

— Леша, я спешу.

— Ты не спешишь, а боишься, ожидая моего вердикта, — усмешка Алексея показалась Анвару неприятной, вызывающей. Действие эреснийской росы обладало ярко выраженным эффектом: экстракт Диахра обострял присущие человеку чувства, одновременно нивелировал внутренние комплексы, притуплял страх. – На самом деле я ждал твоего появления. Нам нужно серьезно поговорить.  — Холмогоров протянул руку, и ближайшие логр-компоненты неожиданно пришли в движение, начали формировать новую структуру, один из кристаллов отделился от них, проплыл по воздуху, коснулся раскрытой ладони.

— Со мной, как с доктором, нужно быть откровенным. Вот твой личный логр.

— А остальные?

Два месяца назад, после событий на Найрусе, Анвар отдал Алексею пять кристаллов, самопроизвольно  объединившихся между собой.

— Не все сразу, — резко ответил Холмогоров. – Ты должен мне помочь. Необходимо повторить условия, при которых соединились логры!

— Необходимо?! – На смуглом лице ганианца вдруг проступили серые пятна. Ярость на миг захлестнула рассудок, вырвалась древним проклятием: — Шиист ворум! Я обратился к тебе, как к другу!

Холмогоров тяжело взглянул на него:

— Я выполнил просьбу, между прочим, злоупотребив служебным положением! Кристаллы исправны. Но пойми:  сформированная ими последовательность уникальна! Мне просто необходимо ее изучить!

Анвар с трудом взял себя в руки. Четыре из пяти отданных на тестирование логров принадлежали погибшим на Найрусе ганианцам!  Он что не понимает этого?! Собирается потревожить души павших в бою воинов, ради каких-то исследований?!

— Леша, что с тобой случилось?!

Холмогоров пожал плечами, вновь тяжело, исподлобья взглянул на Анвара.

— Со мной все в порядке. А вот ты ведешь себя странно. Ругаешься, злишься.

— Ты требуешь невозможного!

— Думаю, мы просто не понимаем друг друга! Присядь. Успокойся. Конечно, ты можешь просто забрать логры и уйти! Но это не выход! Я, между прочим, не о своей карьере сейчас думаю!

— Тогда о чем же? – с вызовом спросил Анвар.

— О тебе!

— Не понимаю!

— На Найрусе произошло нечто уникальное! Кроме самопроизвольного формирования компонента из пяти логров, ты пережил явление, не укладывающееся в рамки современных знаний!

— Это была галлюцинация, плод воображения! – отрезал Анвар. – Ты сам сказал: мой кристалл в порядке! Значит проблема вот тут! – он выразительно коснулся своего лба. – Не забывай, мы сражались против инсектов. Их телепатические способности известны всем. Сам знаешь, общественный разум легко препарирует человеческий рассудок. Я справлюсь с этим!

— Галлюцинации повторялись?

— Нет. Но я не хочу развивать эту тему!

— А придется. Ты ведь разорвал контракт с «Мантикорой», верно?

— Да, — насупился Анвар.

— Решил сбежать от самого себя? – Алексей больше не усмехался, говорил тихо, сдержанно. — Ничего не выйдет! Я знаю, что с тобой происходит. Ты собираешься вернуться на Ганио, пройти Путем Предков. Но это ничего не даст, уверяю. Без современных знаний, ты не найдешь истины.

— Почему?

— Между юношей, покинувшим Ганио двадцать лет назад, и тобой сегодняшним лежит пропасть! – теперь Алексей говорил с непонятной Анвару убежденностью. – Древние верования твоего народа заслуживают уважения, но прости, они конфликтуют с современными знаниями!  Сомнения, даже раскол в твоей душе вполне понятны, закономерны! Ты двадцать лет назад покинул родную планету, приобрел опыт, не совместимый с прошлым укладом жизни, побывал во многих звездных системах, посетил десятки обитаемых миров. Изменился образ твоего мышления, но события на Найрусе вновь возродили  убеждения юноши, воспитанного в рамках уникальной, но примитивной культуры…

— Замолчи!

— Нет. Не замолчу! Я изучил  доступные материалы, и пришел к определенным выводам! Прежде чем забрать кристаллы и уйти, прошу: выслушай меня!

— Хорошо… — Анвар, действительно намеревавшийся уйти, снова сел в кресло, Алексей же наоборот, принялся нервно прохаживаться, машинально отмахиваясь рукой от пытавшихся приблизиться к нему логр-компонентов.

— Во-первых, я изучил записи, полученные от систем твоего боевого скафандра, — после недолгой паузы, заговорил он. – Показания датчиков говорят об исправной работе мнемонического блокиратора, что исключает вмешательство со стороны инсектов. Твои воспоминания оставались под надежной защитой, ими никто не манипулировал! Нет, прошу, не перебивай! Тест расширителя сознания, сделанный сразу после твоего возвращения с Найруса, четко указывает: у тебя не было видений! Не хочешь разобраться, что произошло на самом деле?

Анвар угрюмо промолчал.

— Ладно. Последуем дальше! Я изучил мифологию Ганио! К сожалению, сведения, доступные в рамках сети, скудны, но легенды и предания не возникают на пустом месте! В каждом эпосе скрыто зерно реальных событий, — это доказано многими исследованиями! Вера в Путь Предков, ведущий к бессмертию, и легенды о душах воинов, обитающих в песках Великой Пустыни, должны иметь обоснованный первоначальный источник! Не для кого не секрет: на Ганио обнаружены порталы древней внепространственной сети, построенные по технологии инсектов. Есть мнение, что эти устройства эксплуатировали Хараммины. Упоминание двух древних цивилизаций заставило меня обратиться к перечням артефактов. Смотри, что удалось обнаружить! – кибстек Холмогорова воспроизвел объемное изображение.

Анвар невольно вздрогнул, взглянув на него.

— Ты видишь устройство связи, используемое логрианами, — пояснил Алексей. — Ничего не напоминает?

— Похоже на сформированный лограми браслет!

— Именно так! Мне удалось получить этот снимок через нашего торгового агента, он часто бывает на борту логрианских станций. Но, — Холмогоров вздохнул, — устройство, собранное по аналогии, не работает! – с досадой сообщил он. — Дело в том, что все логр-компоненты оснащены механизмами защиты. Кристаллы самопроизвольно меняют соединение одной или нескольких граней. На вид устройство остается прежним, но при попытке активации ничего не происходит!

— «Браслет», сформировавшийся на Найрусе, тоже изменил конфигурацию? – спросил Анвар. — Но почему?

— Много причин. Например: сохранение тайны технологии, или «защита от дураков». – Холмогоров снова сел в кресло. — Достаточно реконфигурировать одно соединение и логр-компонент превращается в муляж! Ты можешь описать мне: как соединились логры на Найрусе?

— Нет. Мне вообще непонятно, как ты их различаешь. Все грани выглядят одинаковыми!

— В этом и заключается основная трудность исследований. Но мы можем помочь друг другу!

— Отдай мне логры погибших, — Анвар был непреклонен.

Холмогоров мрачно промолчал, затем, придя к какому-то внутреннему решению, обернулся,  безошибочно выбрал из роящихся в воздухе логров четыре кристалла.

— Держи. Но знай, — это не бессмертие! –  с неожиданной злостью добавил он. — Отдашь их для транспортировки в Логрис, — убьешь во второй раз, только своими руками, и поверь, — безвозвратно!

— Ты что несешь?! – опешил Анвар.

Холмогоров безнадежно махнул рукой. Его покрасневшие глаза говорили о бессонных ночах и злоупотреблении стимуляторами.

— Я не могу это обсуждать!

Ганианец сел назад в кресло, нахмурился. На протяжении последних месяцев он тоже работал на износ, пытаясь как можно быстрее закрыть свой контракт.  Алексей правильно определил причину: Анвар хотел вернуться на Ганио, к истокам, которые утратил. Но прежде он должен был позаботиться о лограх погибших.

— Ты же сказал: они исправны!

— Дело не в кристаллах, — ответил Холмогоров.

— Тогда в чем?! Что происходит, Леша?! – Анвар вновь обвел взглядом обстановку лаборатории, и нашел ее такой же мрачной, — его ощущения не изменились, по-прежнему хотелось забрать логры и уйти, словно тут, в красноватом свете, таился лютый холод…

— Это не объяснить в двух словах, — Алексей выглядел удрученным, подавленным.  — Просто поверь мне: будет лучше, если ты оставишь кристаллы у себя. Хотя бы на некоторое время. Кстати, откуда у тебя древние логры? Они ведь не произведены на заводах Конфедерации?

— Мы купили их у рейдеров.

— Давно?

— Лет пятнадцать назад. Так поступают многие вольные пилоты, если удается скопить достаточно денег.

— Я так и предполагал…

— Нас обманули?

— Нет. Не обманули. Просто все сходится одно к одному! Анвар, почему ты не хочешь помочь?!

— Леша, если речь о моем кристалле – забери его и делай, что нужно! Но они, – взгляд остановился на четырех лограх, – они неприкосновенны! Мы были связаны узами крови! Я не могу разрешить экспериментировать на них!

Губы Холмогорова дрогнули, исказились.

— Я же говорил: мы не понимаем друг друга! – он приободрился. —  Мне не нужны логры погибших ганианцев! Все ответы скрыты в твоем сознании, Анвар!

— Ванг Шиист! Ты не мог сказать об этом сразу и прямо?!

— Я пытался, но ты не слушал! Для экспериментов с составлением последовательностей у меня достаточно других кристаллов! Но только твое сознание хранит правильную конфигурацию важного для меня устройства! Оно поможет выяснить, как возникло… — он запнулся, подбирая слово.

— Мое видение? – завершил его мысль Анвар.

— Да. Ты должен виртуально вернуться на Найрус!

— Это возможно?

— Более чем! — за спиной Холмогорова в красноватом, тяжелом, как будто предгрозовом воздухе вдруг  начала формироваться структура из сотен логров! Алексей обернулся, изучающе взглянул на необычный логр-компонент. – Я называю его «визуализатор»,  – пояснил он. — Мое последнее открытие в области древних технологий. Все готово, — спустя некоторое время заключил он. — Теперь помести свой логр в имплантированное гнездо, закрой глаза, и думай только о Найрусе.

Анвар не торопился последовать полученной инструкции. Устройство, парящее за спиной Холмогорова, вызывало невольную дрожь. Тонкая кристаллическая нить, плавно извиваясь в воздухе, медленно тянулась к ганианцу.

— Леша, мой кристалл два месяца находился у тебя. Почему же ты не получил нужных сведений из записанной в нем матрицы моей личности?

— Пока это невозможно, — сухо ответил Холмогоров. – Информация, хранящаяся в лограх, защищена. Я еще не разобрался, как отключить эту функцию.

— Но собираешься?

— Вопросы этики всегда стоят на пути науки, — серьезно, без тени иронии, ответил он. — Но в данном случае – да, я готов поступиться многим! Извини, Анвар, нам пора действовать! Визуализатор – нестабильная структура. Мне  не удалось собрать абсолютно точную конфигурацию. Устройство работает пять-шесть минут, затем связи между лограми исчезают. Ты все еще колеблешься?

— Нет! – Тагиев защелкнул фиксаторы адаптера и закрыл глаза.

 

* * *

 

Абсолютная память.

Она полыхнула жаром близкого разрыва, осыпала градом осколков, полоснула веером лазерных разрядов.

Дымящийся скат воронки, морось дождя, тающие в воздухе завитки пара, тревожный писк мнемонического блокиратора, жгучая боль в висках…

Тагиев рывком поднялся на одно колено. Мир перед глазами терял очертания, но оглушающий эффект телепатического удара продолжался недолго, блокиратор отработал как положено, инсектам не удалось парализовать рассудок, боль еще вплеталась в мысли, но уже не мешала действовать.

Он ползком добрался до края воронки.

 

Конец ознакомительного фрагмента.


Меню
Меню
Меню